А вы знали, что в конце 80-х в Москве делали платья из упаковки от компьютеров, опилок ДСП и искусственного снега? Сегодня в Blessed Mess история модного дуэта «Ла-Ре» и их невероятные коллекции.
Началось все это в конце 80-х — с молодежных сквоттерских тусовок, само собой. И переросло в дуэт «Ла-Ре» — Ларисы Лазаревой и Регины Козыревой. Начиная моделить у известного в то время модельера Ирэн Бурмистровой, девушки задумались о своей коллекции, потому что были свои задумки и кипучее время:
«Первая коллекция была сделана на моей кухне из совершенно странных предметов. Просто хотелось сделать что-то красивое. К кускам железяк пришивали какие-то кружева, а на вопросы удивленных знакомых, мы отвечали: «Готовим костюмы, все, не приставайте...» Это был в нашем представлении такой авангард. Но не такой, как был уже заявлен Ирэн. Ее модели были резко эклектичны, и даже урбанистичны. А мне они казались немного неэстетичными… И впоследствии это стало концепцией дуэта «Ла-Ре». Выставки и коллекции наши были объединены идеей того, что уникальность, гламурность вещи зависят не из чего это сделано, а оттого, как ты к этому предмету относишься. Если ты берешь какой-то предмет и выдергиваешь его из природного контекста, преображаешь его, наполняешь другим смыслом, то ты придаешь ему новую уникальную ювелирность. Я считаю, что это в каком-то смысле был гламурный панк.»
Костюм дуэта «Ла-Ре» «Любовь — это война», 1993. Фото: Владимир Сошников 
Первые костюмы «Ла-Ре» показали на «Лайф-Арте», уникальном конгрессе, где собрались все творческие, кто делал что-то необычное. Там же, кстати, название дизайнерского дуэта «Ла-Ре» из имен девушек и было придумано.
А потом Фестиваль альтернативной моды в Риге, где Светлана Куницина, сделавшая очень много для моды тех лет, входила в комиссию — «Ла-Ре» становятся лауреатами. И потом много лет подряд тоже.
А в 1989 Стас Намин предложил помещение для перформанистов — там «Ла-Ре» знакомятся с собирателем и одним из главных исследователей отечественной моды 20 века, это мы сейчас понимаем — а тогда Петлюра свой путь только начинал. Вскоре состоялся переезд «Ла-Ре» в знаменитый сквот на Петровском, который на много лет объединит художников, модельеров, тусовщиков в этом пространстве. Тогда и пришло прекрасное время обновления и в стране, и в моде:
«В пику какофонии цвета и «варенкам» с Рижского рынка появилась мода на черную одежду простого кроя, которую поддерживали многие неформалы, тусующиеся по сквотам. Начались какие-то околомодельные движения. Красота во всех ее проявлениях, вслед за экспансией красного цвета двубортных пиджаков, в которых разгуливали «быки», стала закономерно востребованной. Ежегодно проводился рижский фестиваль авангардной моды, на котором впервые прогремели Бартенев, Шаров, Цигаль и мы, конечно.»
Коллекции, которые демонстрировали «Ла-Ре», были авангардны в начале 90-х, остаются ими и сейчас. Для одной из коллекций они делают гигантские ресницы из искусственного снега, который достают с трамплина на Воробьёвых горах. И называют ее «Реснички». В другой — встраивают часы прямо в прозрачные подошвы обуви. Название «Не теряй времени», презентовалась она в Риге, но, к сожалению, у Ларисы Лазаревой в архивах ничего не сохранилось.
Вещи из коллекций «Ла-Ре» могли двигаться, трансформироваться, а из шляпы, например, стреляла маленькая пушка. Коллекция называлась «Шляпы — это все», и там каждая вещь — история про шляпы. По сути, это уже не совсем одежда, а wearable art, в Москве 30 лет назад. А показы с самого начала больше напоминали перформансы: клубы, сквоты и заводские пространства вместо нормального подиума.
В 1996 году история «Ла-Ре» начала сворачиваться — теперь везде искали практический смысл и финансовое обоснование. Несколько фестивалей в Германии, куда вывезли весь петлюровский сквот, перформансы на территории Савеловского рынка, Тбилисский фестиваль. Сама Лариса Лазарева рассказывает так:
«Начался период различных авантюр с подтянувшейся попсой и какими-то немалыми деньгами. Участвовать в этом всем не было никакого желания. Зато на подиумах стали появляться люди, которых ранее можно было встретить как зрителей того же Петровского. Забавно, наблюдая теперь какого-нибудь серьезного чиновника, например от ТВ или культуры, вспоминать его на обшарпанных ступеньках сквота, взирающего с открытым ртом на балеты Пани Брони (муза Александра Петлюры и альтернативная Мисс Мира — прим.)»
Из 2026 кажется, что тот период в истории моды в позднем СССР, а потом в РФ начала ее существования, был только из дефицита и попытки достать что-нибудь «модное», но параллельно существовали люди, которые из самого дефицита делали новый визуальный язык. Не стареющий, достаточно взглянуть на фото моделей.
И, возможно, именно поэтому «Ла-Ре» сегодня выглядят настолько современно.