Марго Хэмингуэй — воплощение постылой поговорки «не родись красивой, а родись счастливой». Невероятная красавица, страдала, что ее ценили только за внешность и безуспешно пыталась стать актрисой. Внучка великого писателя, до последних лет, из-за дислексии, не могла оценить его произведения. Несмотря на короткую жизнь — образ американской высокой супермодели с густыми бровями и широкой улыбкой, остался в истории моды навсегда как воплощение 70-х. Blessed Mess в новом материале рассказывает о ней более подробно.
Родилась Марго в семье старшего сына Эрнеста Хэмингуэя, Джека, и Байры Луис в 1954 году. Попутешествовала средняя дочь пары, Марго, с двумя сестрами в детстве достаточно — семья жила в Орегоне, на Кубе в доме деда, потом в Сан-Франциско, а после уже обосновалась на ферме в Кетчум, штат Айдахо. Оттуда и такой гармоничный Марго образ — блондинка-американка в стоптанных ковбойских сапогах и шляпе, это все было правдой. Как правдой было и то, что в семье Хэмингуэй никогда не было покоя — зачатая, по признанию отца, в процессе расписания Château Margaux (дочку Джек назвал в честь великого вина, а позже Марго окончательно поменяла имя с Margot на Margaux) семья все детство девочки и ее сестер скандалила, выпивала и никогда не стеснялась выяснять отношения при детях. Позже, Марго и ее младшая сестра, известная актриса, Мериэл Хэмингуэй, признаются — видеть это всё в детстве было тяжело, и на дальнейшую их жизнь с сестрами сильно повлияло. Также в документальном фильме 2013 года «Бегство от безумия», Мэриэл рассказывала, что видела, как отец ночью заходил в спальню Джоан и Марго, позже Марго подтвердит домогательства в интервью. Обе старшие дочери с детства пристрастились к алкоголю и страдали от проблем с психическим здоровьем. Плюс личные демоны Марго — тяжелейшая эпилепсия, булимия, со всем модель столкнулась еще в детстве.
Марго, живя в Кетчуме, и работая пиар-агентом в маленькой фирме, очень хотела на «большую землю». И как только такая возможность представилась, воспользовалась ей Хэмингуей с легкостью. Однажды отец взял ее в Нью-Йорк, остановились в отеле «Плаза». Там же, 19-летняя Марго встретила своего будущего мужа, Эррола Уэтсона, молодого предпринимателя и наследника сети закусочных.
«Он заметил меня, когда я пила чай в лобби, а потом постучал в дверь моего номера с розой в руках и бутылкой шампанского. Так я влюбилась».
Через 4 месяца Марго и Эррол селятся в одной квартире на Манхэттене, а после и женятся. Так, Эррол Уэтсон стал вводить Марго в нью-йоркскую модную богему, и кстати, получалось:
«Я была простушкой в стоптанных казаках с провинциальным акцентом. Эррол взялся лепить из меня диву: рассказывал, что мне следует есть, пить, как одеваться и краситься, с кем общаться и куда ходить»
После непродолжительного принятия в тусовке новой американской непо-детки, Нью-Йорк пал — первой из моделей, Марго предложили миллионный долларовый контракт за аромат Babe от фирмы Fabergé. Марго вспоминала о съемках в ее манере:
«Я ненавидела эту вонь, но мое лицо стало одним из самых узнаваемых в Америке».
Позже, обложки Vogue, Elle, Cosmopolitan, Harper’s Bazaar. В 1975 году Time удостоил яркую модель титула одной из «новых красавиц» («new beauties»). А в сентябре того же 1975 года, Vogue назвал Марго «новой нью-йоркской супермоделью» (New York's New Supermodel). Это был не просто успех — внучка Хэма стала главной сенсацией.
«Внезапно я стала девушкой с обложки международного журнала. Все восхищались моей хемингуэевщиной, – делилась она. – Звучит гламурно, и так оно и было. Мне было очень весело. Но в то же время, когда я появилась на сцене, я была очень наивной. Я искренне думала, что люди любят меня такой, какая я есть – за моё чувство юмора и хорошие качества. Я никогда не ожидала встретить столько профессиональных пиявок».
Так началась уже не только профессиональная слава Марго, но и тусовочная — всю жизнь стесняясь своей простодушности, Хэмингуэй начала общаться с сильными мира сего, посещать «Студию 54» и злоупотребляла алкоголем и веществами. Впрочем, манера Марго были в деда — хриплый смех, прямой характер и тяжелая рука. Однажды досталось даже Франсуазе Саган, и поделом — не надо обзывать великого деда «третьесортным писателем».
Достигнув в модельной карьере фактически всего, Марго решила попробовать себя в кино, и тут ждало ее первое большое разочарование — 1976 году Хэмингуэй снялась в фильме Лэмонта Джонсона «Губная помада» вместе с 14-летней младшей сестрой Мэриел. Критики игру Марго загнобили — называли «деревянной», а подростка-сестру превозносили. Позже Мериэл снимется у Аллена в «Манхэттене», а кинокарьера Марго, после пары десяткой небольших ролей в неизвестных ныне фильмах, закончится навсегда.
В 1978 году Марго разведется с Эрролом — «мешал строить карьеру». Строить было, в целом, нечего, Марго уже погружалась в пучину зависимостей. Через год Марго уже замужем за французским режиссёром Бернаром Фоше, союз с ним друзья не понимали, считали скоропалительным. Супруги проживут 6 лет.
Шел 1984 год, Марго, катаясь в Австрии на лыжах, серьёзно травмировалась, и в период реабилитации набрала более 30-ти килограммов — после этого модельные дома перестают с ней сотрудничать. А депрессия и зависимости стали главными в жизни Хэмингуэй. Она пыталась лечиться — клиника Бетти Форд, после фотосессия Playboy, которая позволила расплатиться с частью долгов. Популярность вернулась, с ней и депрессия.
Потом Марго увлеклась восточной медициной и йогой — уехала на паломничество по святым местам в Индию. Медитации пошли не по плану — Марго оказалась в тюрьме, откуда ее и забрали домой друзья.
Дальше ничего не оставалось, как рассказывать о своих травмах — 1994 году в интервью журналу People Марго заявила, что «всю жизнь не выносила свою мать», а спустя некоторое время обвинила отца в домогательствах. Семья ответила комментарием:
«Она постоянно врёт. Мы не общаемся с ней вот уже два года. Вся наша семья не желает иметь с ней ничего общего. Ей пора повзрослеть и взять на себя ответственность за собственные беды».
Про свою жизнь в тот период Хэмингуэй рассказывала без прикрас:
«Я напивалась до бессознательного состояния, потом приходила в себя и думала о том, как мне лучше покончить с жизнью. Это просто невыносимо»
За день до 35-ой годовщины смерти деда, Марго Хэмингуэй обнаружила одна из немногочисленных близких подруг мертвой, дома в Санта-Монике. Причина — передозировка фенобарбитала.
Похоронили красивейшую и несчастнейшую (хотя в этом клане на это звание масса кандидатов) в семейном склепе в Кетчуме, рядом с дедом.
